Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

ФЕДОР СТРАВИНСКИЙ: ЗАБЫТЫЙ ТАЛАНТ

    Все хорошо знают имя великого русского музыканта Игоря Стравинского, но я думаю, не очень многим знакомо имя его сына Федора. А ведь это тот самый случай, весьма редкий в истории, когда у гениального отца и сын не обделен талантом. Правда, талантом не музыканта, а художника.

Фёдор Стравинский 1969 г.Фёдор Стравинский 1969 г.

    Впервые я увидела картину Федора Стравинского в начале девяностых годов, оказавшись на аукционе в Женеве. Мне понравился натюрморт, я подошла поближе, чтобы рассмотреть подпись и увидела: Theodore Strawinsky. Имя Стравинский мне, безусловно, было знакомо, но Теодор, да еще латинскими буквами… Цена была очень небольшая, но покупать, неизвестно кого, не хотелось. Я постояла, посмотрела и ушла, решив узнать, кто же этот загадочный Теодор. Общедоступного интернета, поисковых систем типа Google, тогда еще не было за информацией надо было идти в библиотеку. Когда я туда, наконец, выбралась, узнала, что Федор Стравинский, как я и подозревала, сын Игоря Стравинского, художник, живший и творивший большую часть своей жизни в Женеве. Я очень пожалела, что не купила картину. Но успокаивала мысль: так недорого - наверняка подделка. Оказалось, что в те годы о художнике Федоре Стравинском мало кто знал даже в Швейцарии. Теперь о нем знает гораздо больше любителей живописи, и цены на его картины соответственно совсем другие! Так что остается только сожалеть об упущенных возможностях. Сколько их было в жизни...

Автопортрет. 1934 г. (Фонд Федора Стравинского)Автопортрет. 1934 г. (Фонд Федора Стравинского)

 

    Федор Стравинский  появился на свет 24 марта 1907 года. Он был первым ребенком Игоря Федоровича и Екатерины Гавриловны Стравинских. Имя Федор он получил в честь деда, и в семье его всегда звали по-русски Федей, Федором. Но поскольку большая часть его жизни прошла во Франции и Швейцарии, где для всех он был Теодором, именно с этим именем он и вошел в историю живописи.

    Родился Федор в Петербурге, но с детства привык к кочевой жизни. Екатерина Гавриловна страдала туберкулезом, поэтому лето проводили в семейном поместье Устилуг на Украине, а на зиму уезжали за границу, чаще всего в Швейцарию. Жили в отелях, пансионах. Особенно часто семья останавливалась в пансионе «Тийоль» (Les Tilleuls) и отеле «Шатлар» (hotel du Chatelard)  в Кларансе. Кстати, именно в Кларансе Игорь Стравинский завершил работу над одним из своих самых замечательных произведений  - балетом «Весна священная». В городе даже есть улица «Весна священная» (Rue du Sacre du Printemps).

    Последний раз лето в Устилуге семья провела в 1913 году. На зиму, как всегда, отправились в Швейцарию. Там в начале 1914 года родилась младшая дочь Милена. Екатерина Гавриловна плохо себя чувствовала после родов, и было решено провести лето в горах Швейцарии, а не возвращаться домой. В июле 2014 года началась первая мировая война. Семья оказалась отрезанной от России. Потом грянула революция, и Стравинские так и остались в Швейцарии. Больше Устилуг Федор Стравинский, впрочем, как и его родители, никогда не увидит. В их родовом поместье после революции находился кирпичный завод.

    Начинаются годы эмиграции. Еще больше переездов, смен места жительства. Первое время их приютил в своем доме в Кларансе друг семьи известный швейцарский дирижер Эрнест Ансерме (Ernest Ansermet). Потом надолго задержались в Морже, жили там по нескольким адресам: на вилле «Ле-Сапэн» (Les Sapins), в доме «Борнан» (Bornand), который находится в самом центре города. Дом сохранился и на нем есть мемориальная доска. Но Федору Стравинскому больше всего почему-то запомнилась вилла «Роживю» (Rogivue), где семья Стравинских поселилась весной 1915 года. Стены виллы украшали красочные эскизы Михаила Ларионова к балету «Лиса» и яркие акварели Екатерины Гавриловны. Многие предметы мебели именно этого дома сопровождали семью в ее многочисленных переездах. В своих воспоминаниях, написанных спустя более полувека, Федор с умилением описывает старинный швейцарский расписной шкаф, который он сохранил, и теперь тот украшает его скромное жилье в Женеве. В этом шкафу с виллы «Роживю» Игорь Стравинский когда-то хранил свои произведения и неаполитанские гуаши, которые так любил рассматривать маленький Федя. Он также сохранил небольшой столик швейцарской работы восемнадцатого века, за которым его отец писал партитуры «Весны священной» и многие другие произведения.

    Из друзей отца, с которыми тот общались в эти годы, мальчику особенно запомнился «дядя Сережа», так дети звали Сергея Дягилева. Когда Дягилев появлялся, дети гурьбой бежали к нему, зная, что его карманы полны конфет, и он, смеясь, будет их раздавать. Гораздо меньше Федору нравился всегда немного грустный и какой-то потерянный Вацлав Нижинский. Но отец объяснил ему, что это «величайший танцор мира».

    Теодор ходил в школу, усердно занимался музыкой. Но уже в эти годы стало ясно, что он пойдет не по стопам отца. Федор, сколько себя помнил, всегда мечтал, когда вырастет, стать художником. Окончательно он утвердился в своем желании после того, как к родителям стал регулярно приезжать Пикассо, который работал вместе со Стравинским и Дягилевым над постановкой театрального балета «Пульчинелла». Для этого оригинального представления Пикассо создал замечательные эскизы костюмов и декораций. Дома у Стравинских появляются акварели, гуаши и карандашные наброски, выполненные Пикассо. Здесь же, в Морже, он выполнит и известный карандашный портрет Игоря Стравинского, сделав на нем надпись: «Стравинскому от друга Пикассо». Увиденные работы Пикассо, а затем и встреча с ним, как пишет сам Федор Стравинский, явились для него «настоящим катализатором»[1] окончательного принятия решения.

    Родители не пытались его отговорить. Было очевидно, что у мальчика есть талант живописца. Унаследовал он его от матери. Екатерина Гавриловна в молодости увлекалась живописью, училась, собиралась стать художницей. Но в 1906 году она вышла замуж за Игоря Стравинского, а в 1907 году уже появился на свет Федор, в 1908 году - Людмила (Мика),  в 1910 – Святослав (Светик)[2] и в 1914 году – младшая Милена. Екатерина Гавриловна полностью посвятила себя семье. Когда у старшего сына проявились художественные наклонности, Екатерина Гавриловна была этому рада, но напутствовала его такими словами: «Федя, продолжай мое дело, но знай, что путь, который ты выбрал, труден»[3].

    Так рассказывает об этом Дениз, жена Федора Стравинского. Я еще не раз обращусь к ее записям, рассказывая о художнике.

    В доме у Стравинских бывают не только музыканты, но и такие прекрасные художники, представители «Серебряного века» в русском искусстве, как Ларионов, Гончарова, Бакст, Бенуа и многие другие. Все это не может не поддерживать интерес мальчика к живописи.

     В одиннадцать лет Федор создает свое первое произведение, дошедшее до нас. В 1918 году в Лозанне состоялось представление «Истории солдата», музыку к этому спектаклю написал Игорь Стравинский. Федор, побывав 29 сентября вместе с родителями на премьере спектакля,  нарисовал акварель, на которой запечатлел это событие. Это первой произведение будущего художника, дошедшее до нас.

Спектакль «История солдата», акварель Федора Стравинского, 1918 г.
(Фонд Федора Стравинского)Спектакль «История солдата», акварель Федора Стравинского, 1918 г. (Фонд Федора Стравинского)

 

    Федор начинает серьезно заниматься живописью. Его всячески поддерживают Александр Сингрия[4], Рене Обержонуа[5] Шарль-Фердинанд Рамю [6] – близкие друзья отца.

    В 1920 году семья переезжает во Францию. Сначала поселяются в Карантеке (Carantec), в то время небольшой рыбацкой деревушке в Бретани. Довольно большой двухэтажный дом уже с трудом вмещает все «племя» («tribu»)[7] Стравинских, как его называет Дениз. Помимо Игоря Федоровича, Екатерины Гавриловны и четырех детей там живут Анна Кирилловна – мать Стравинского, Людмила Белянкина - старшая сестра Екатерины Гавриловны, ее муж Григорий и двое их детей. Очень часто приезжают живущие в Швейцарии Вера и Ольга Носенко, двоюродные племянницы Екатерины Гавриловны. Да, и еще няня Милены Мина, ставшая полноправным членом семьи.

    Стравинские переезжают в городок Гарш, неподалеку от Парижа, в поместье, принадлежавшее Коко Шанель. Она предоставила свой дом в распоряжение Игоря Стравинского, с которым они много лет поддерживали дружеские отношения. По мнению некоторых их знавших, даже более, чем дружеские. Условия жизни здесь просто шикарные по сравнению с прежним жильем Стравинских.

    Поскольку Париж не так далеко, Стравинские часто бывают там, посещают выставки. Федя счастлив, он жадно впитывает все, что видит и слышит. Отец бывает у знакомых художников, которые знают о стремлении подросток стать художником и поощряют его. За его творчеством внимательно следит Жорж Брак, которого сам Федор называл своим учителем», с ним занимается и Андре Деррен, ему он обязан своим мастерством колориста. Даже Пикассо одобрительно относится к желанию сына своего друга стать художником и советует ему «прежде всего, идти в Лувр» ("avant tout va au Louvre"), а также помнить, что «белый цвет – это властелин цветов» ("le blanc est le grand maître de la couleur")[8]. Этот совет мэтра Федор никогда не забудет. Белый цвет всегда играет очень важную роль в его палитре.

    По рекомендации все той же Коко Шанель семья переезжает в Биарриц. Стравинским в Биаррице очень понравилось и они даже решили там поселиться.

    В Биаррице Федор Стравинский написал первый портрет матери.

 Портрет Екатерины Стравинской. 1924 г. (Фонд Федора Стравинского)Портрет Екатерины Стравинской. 1924 г. (Фонд Федора Стравинского)    

     Там же, в Биаррице, пятнадцатилетний подросток получил свой первый в жизни заказ! Екатерина Гавриловна подружилась с удивительно интересной женщиной  – Евгенией Эрразуриз (Eugenia Huici Arguedas de Errázuriz). Эта чилийка была известным меценатом. Она поддерживала многих, но у нее были и «любимчики». И она этого не скрывала, заявив однажды:  «У меня есть три любви: художник, музыкант и поэт. Художник - это Пикассо, музыкант - Стравинский, а поэт - Блез Сандрар». В Биаррице ей принадлежала небольшая вилла «Мимозрэ» (la Mimoseraie). Пикассо провел на этой вилле несколько недель после женитьбы на русской балерине Ольге Хохловой  в 1918 году. В знак благодарности он расписал стены комнат второго этажа, где жил, фресками и даже написал несколько строк из поэмы «Времена года» своего друга Аполлинера, созвучных его тогдашнему настроению.

 

То было благословенное время мы жили средь пляжных песков

О, выйди же утром босая без шляпы с открытым плечом

И столь же мгновенно как жаба выстреливает язычком

Любовь поражает прямехонько в сердце равно мудрецов и глупцов.

 

    И вот Евгения поручила пятнадцатилетнему Федору разрисовать стены нижнего этажа. На одной из стен Федор нарисовал два натюрморта, а на другой – огромного жирафа под пальмами. Когда в 1942 году немцы оказались в Биаррице, то дом был взорван! Почему? Ну как же! Ведь идеологи фашизма считали живопись Пикассо дегенеративной, и сам он был занесен в черный список. Так что ни фресок Федора, ни фресок Пикассо не сохранилось.

    Весной и летом Биарриц прекрасен, но наступает осень, и приходят дожди, сырость, ураганные ветра. Все это губительно сказывается на здоровье жены Стравинского, по-прежнему страдающей от туберкулеза. Не без сожаления семья покидает Биарриц. С 1925 по 1931 они живут в Ницце, климат которой больше подходит Екатерине Гавриловне. Именно в Ницце 1925 году Федор пишет  наиболее известные портреты родителей, а также портрет большого друга семьи Ж. Кокто.

    Портрет Екатерины Стравинской 1925 г. (Фонд Федора Стравинского)Портрет Екатерины Стравинской 1925 г. (Фонд Федора Стравинского)Портрет Игоря Стравинского. 1925 г. (Фонд Федора Стравинского)Портрет Игоря Стравинского. 1925 г. (Фонд Федора Стравинского)

   Там же он становится членом Общества русских художников за границей. В 1927 году парижская галерея «Четыре дороги» (Quatres Chemins) предлагает ему устроить персональную выставку, и три года подряд его вещи выставляются в этой престижной галерее. Отец и мать горды за сына, все расценивают это как первый успех художника.   

 

 

        В 1931 году Стравинские переезжают в небольшой город Вореп (Voreppe), который находится примерно в пятнадцати километрах от Гренобля. Климат региона Рона-Альпы считался пригодным для туберкулезных больных. Семья поселяется в замке «Вероньер» (la Véronnière), где остается два года. В 1934 году вся семья вновь меняет место жительства, на сей раз все отправляются в Париж.

    Федору еще ранее снимают студию в столице, и с 1930 года по 1932 год он посещает занятия в академии Андре Лота (Andre Lhote). Академия находится по адресу No. 18, rue d’Odessa, что, возможно, сыграло свою роль в выборе данного заведения для учебы. Он пишет портреты, натюрморты, пейзажи, делает зарисовки бытовых сцен.

    Иногда ему удается получить заказ на оформление книг. Так, Федор Стравинский выполняет иллюстрации к книге Мольера «Проделки Скопена», вышедшей в 1935 году. К середине тридцатых годов он приобретает определенную известность. Об этом свидетельствуют персональные выставки, прошедшие в парижских галереях Парижа, Лозанны и Женевы.

    В Париже у Федора появляется и своя семья. 29 июня 1936 года он жениться на Дениз Герзони, дочери швейцарской художницы Стефани Герзони, ученицы Ходлера.

    Конец тридцатых годов – трагический в жизни Стравинских. В семье не только Екатерина Гавриловна болела туберкулезом. Жили скученно, о том, что туберкулез исключительно заразен, тогда не знали. Итог был плачевен. В ноябре 1938 в возрасте тридцати лет умерла сестра Людмила, через три месяца, в начале 1939 за ней последовала Екатерина Гавриловна. В июне того же года не стало Анны Федоровны, матери Игоря Стравинского. Правда, Анна Федоровна умерла не от туберкулеза. За короткий срок из жизни ушли представительницы трех поколений Стравинских. В это же время обнаружили затемнение в легких у Игоря Стравинского. Тяжелую форму туберкулеза определили и еще у одной из его дочерей – Милены и ее маленькой дочки. Их срочно отправили в санаторий в Швейцарию.

    Когда умерла Людмила, ее дочке, Китти, было всего несколько месяцев. Никто не знал, какова судьба ее мужа Юрия Мандельштама, двоюродного брата поэта Осипа Мандельштама. Он был депортирован из Франции в Польшу. Много позднее стало известно, что Юрий погиб там в концлагере. Федор и Дениз удочерили Китти.

    Вскоре Игорь Стравинский решает покинуть Европу и поселиться в Америке. Федор и Дениз остаются в Европе. Почему Федор не последовал за отцом, как это сделала его сестра Милена, оправившись от болезни? Ведь Федор был близок с отцом. Это, правда, не исключало того, что с уважением относясь к мнению отца и выслушивая его советы, свои решения он принимал всегда самостоятельно. У Федора Стравинского был большой соблазн отправиться вслед за отцом в Америку, где у него в 1940 году в Нью-Йорке прошла персональная выставка. Имя отца открыло бы для него многие двери. Но Федор и Дениз решили остаться. Мне кажется, этому имеется несколько объяснений. Конечно, сыграло роль то, что Дениз была родом из Швейцарии, которую Федор также хорошо знал и любил. Кроме того, в 1940 году, вскоре после смерти Екатерины Гавриловны, Игорь Стравинский женился во второй раз. На Вере Судейкиной (ее девичья фамилия де Боссе). Их роман начался задолго до этого, в феврале 1921года, когда Дягилев познакомил Веру с Игорем Стравинским. В то время Вера была замужем за очень оригинальным и самобытным художником Сергеем Судейкиным, входившего в творческое объединение  «Мир искусства». В свое время ради того, чтобы быть с ним вместе она оставила карьеру актрисы, переехала в Петербург и посвятила свою жизнь творчеству мужа. Полюбив Стравинского, она проявила не меньшую решительность и ушла от Судейкина. Игорь Стравинский не смог или не захотел – извечных вопрос, на который в подобных ситуациях никто не может дать ответа – оставить жену и уйти из семьи.

    И на протяжении  почти двадцати лет продолжалась эта странная жизнь с двумя женщинами. Он мог долго не появляться дома, проводя время с Верой Судейкиной, но о доме, где жила Екатерина и дети, всегда говорил как о «моем» доме. Стравинский появлялся с Верой в обществе, она сопровождала его в поездках, но потом он всегда возвращался домой. Обе женщины – и Вера, и Екатерина - приняли эту ситуацию и мирились с ней. Более того, Екатерина регулярно писала Вере письма, полные заботы и внимания.

    По мнению Дениз Стравинской Екатерина шла на это из глубокой любви к мужу, понимая, как он страдает. И это, как пишет Дениз, «свидетельствовало о ней как о женщине исключительной». Та же Дениз говорила о том, что хотя Игорь Стравинский изменял жене, он никогда не переставал любить ее и в качестве доказательства приводит его слова, сказанные однажды в ее присутствии: «Я полюбил ее, как только увидел и любил всегда»[9]. Скорее всего, так именно и было. Многие, оставившие воспоминания о Стравинском, пишут о нем как о человеке исключительно многогранном. И, возможно, каждая из этих двух женщин нужна была ему по-своему. «Хрупкая, глубокая, молчаливая»[10] и исключительно музыкальная  - так характеризует Екатерину Дениз. Вера, по ее словам, была совершенно другой: экстравертной, нацеленной на получение удовольствий, властной, обладавшей огромной жизненной энергией. Две противоположности прекрасно уживались в многогранном мире гениального композитора.

    Дети знали об этой ситуации. О ней им сказала сама Екатерина, объяснив, что в жизни отца есть другая женщина, и они должны любить ее. Дети были вежливы с подругой отца, но не более того. А когда подросли, то двусмысленное положение матери стало для них еще более болезненным. При жизни Екатерины Гавриловны все еще как-то мирились со сложившейся ситуацией, но после ее смерти и решения Игоря Стравинского жениться на Вере Судейкиной напряжение в отношениях между детьми и новой женой отца, по свидетельству все той же Дениз, резко возросло. 

Дениз Стравинская.1935 г. (Фонд Федора Стравинского)Дениз Стравинская.1935 г. (Фонд Федора Стравинского)

 

    Итак, Федор и Дениз остаются в Париже. Их материальное положение, которое и все эти годы было весьма непростым, ухудшается. Если Игорь Стравинский получил французское гражданство еще в 1926 году, то Федор был человеком без гражданства. У него не было даже паспорта Нансена, их выдавали только тем, кто бежал из Советской России. А поскольку члены семьи Стравинского оказалась за границей еще до революции и просто не вернулись туда, они не имели права на получение этого паспорта. Естественно, это значительно ограничивает возможности Федора получать работу. В 1940 году, с началом войны, заказы, которых и до этого было не так много, исчезают. Денег не хватает даже на то, чтобы оплачивать жилье. В течение одного года они с женой три раза переезжают с квартиры на квартиру. Наконец, один из друзей предлагает им поселиться в маленьком домике неподалеку от Тулузы. Дом действительно крохотный, но при нем довольно большой сад и огород. Дениз и Федор с энтузиазмом принимаются выращивать овощи, которые и составляют их рацион. Но странное дело: начинаются проблемы со здоровьем. И маленькая Китти, и Дениз, и сам Федор постоянно болеют. К счастью причина вскоре найдена: оказывается, что в этом районе подземные воды отравлены какими-то выбросами из находящегося неподалеку предприятия. Приходится прекратить сажать овощи.

    В 1941 после оккупации Франции Гитлером, Федор, как апатрид, к тому же русский по происхождению, арестован и заключен коллаборационистскими властями в лагерь Recebedou, близ Тулузы. С большим трудом его друзьям удается вызволить его оттуда, заявив, что они берут его для работ на своей ферме.

    В октябре 1942 года Теодор и Дениз едут в Швейцарию, где у художника проходит выставка. Они планируют провести там лишь несколько недель. Но в это время немцы оккупируют всю южную территории Франции,  находившуюся под формальным контролем правительства Виши. В этой ситуации Стравинские принимают решение остаться в Швейцарии.

    Поселились в Лозанне, поскольку там у Дениз были родственники. Жизнь была очень трудной. Федору выдали «permit de tolerance»[11], что очень точно передает его положение: его терпели в стране, не более того. Напомню, что в Швейцарию он приехал, не имея никакого паспорта. И если бы не Дениз, то, конечно, ему бы здесь остаться не разрешили. Так что Федор брался выполнять любые работы, соглашался на заказы, которые были ему не по душе. Но надо было кормить семью – жену и Китти, которую они воспитывали как родную дочь.

    Большую помощь семье художника оказал Вернер Рейнхарт. Сейчас широко известно имя Оскара Рейнхарта, его брата, швейцарского предпринимателя и мецената из Винтертура, оставившего городу подобранную с исключительным вкусом и знанием коллекцию картин. Вернер Рейнхарт также был предпринимателем и меценатом. Долгие годы именно он был известен как «меценат из Винтертура». Вернер неплохо играл на кларнете, увлекался литературой и покровительствовал музыкантам и писателям. Он знал Федора с детства, в свое время оказывал поддержку Игорю Стравинскому, чьей музыкой восхищался.

    И другие друзья отца пришли на  помощь Федору Стравинскому в это непростое для него время. Среди них были художник Рене Обержонуа (Rene Auberjonois), а также писатель и музыкант Шарль-Альбер Сингриа (Charles-Albert Singria).[12] Благодаря их помощи Федор, Дениз и Китти смогли переехать в Женеву, где было больше возможностей получать заказы. Сняли крошечную квартиру на последнем этаже в доме No.40, на улице Марше (rue de Marche). Лифта не было, топить приходилось углем, ванной тоже не было, но Федор и Дениз были счастливы – это было первое постоянное жилье, в котором они провели несколько лет. К тому же из окон открывался вид на крыши старого города и даже был виден собор св. Петра!

    В 1944 году Федор готовит эскизы декораций и костюмы для балета  «Петрушка» на музыку Игоря Стравинского, который ставили в Цюрихе. А в 1948 году он получает первый крупный заказ на создание пяти витражей для храма церкви Сен-Сюльпис (Saint-Sulpice) в поселке Сивирие (Siviriez) в кантоне Фрибург. Его витражи настолько удачны, что в 1964 году он получает заказ на выполнение витражей в самом Фрибурге в церкви Христа-Царя (Christ-Roi). Это будет поистине гигантская работа: в общей сложности он создаст 60 витражей, и отдаст этому делу почти двадцать лет своей жизни!

    Может возникнуть закономерный вопрос: почему Федор Стравинский так много работает для католических храмов? Ответ на него дают события, происшедшие в жизни художника еще во Франции.  В 1935 году в пригороде Парижа, Мёдоне, в доме у друзей он встречает кардинала Шарля Журне. Этот человек производит на Федора Стравинского такое впечатление, что он становится его духовным наставником и ближайшим другом. Когда Федор потеряет любимую мать и сестру, Шарль Журне, переживший аналогичную драму, сможет оказать молодому человеку большую моральную поддержку. В 1940 году Федор Стравинский переходит в католическую веру. Шарль Журне оказывает огромную помощь художнику после его переезда в Швейцарию, способствуя получению первых заказов на оформление храмов.

    Небольшое отступление. В ноябре 2014 года в Женеве открылась выставка работ Федора Стравинского. Я пришла туда со своей французской подругой Франсуазой. И вот в одном из залов она вдруг остановилась перед портретом мужчины кисти художника.

- Странно, я знаю этого человека, - задумчиво произнесла подруга.

- Вряд ли, судя по всему это католический священник, - заметила я, не слишком заинтересовавшись этим портретом.

- Боже мой, да это же Шарль Журне! – воскликнула Франсуаза, посмотрев подпись к портрету.

- А откуда ты знаешь, кто такой Шарль Журне? – удивилась я.

    И услышала целую историю, еще раз подтвердившую банальную истину о том, что мир тесен и менее банальную – людей замечательных во всех отношениях в этом мире больше, чем мы думаем. Надо сказать, что корни Франсуазы по линии матери – в России. Фамилия ее бабушки – Бродовикова. Франсуаза произносит это очень забавно, с придыханием: Протовикова. С ударением на последней гласной. Ее отец был управляющим золотыми приисками в местечке, которое, по воспоминаниям подруги, называлось Благовещенское. Но сейчас это не столь важно, поскольку рассказ пойдет не об удивительной судьбе этой семьи. А лишь о жизни бабушки Франсуазы.

    Так вот, незадолго до революции, она приехала в Париж учиться. Далее повторяется истории, каких было в то время тысячи, если не десятки тысяч. Война, революция. Она оказалась полностью отрезанной от семьи в России. Позднее вышла замуж за француза. Ее жизнь была достаточно благополучной, у нее родилась дочь, мать Франсуазы. И вот она как-то познакомилась с Шарлем Журне. Оказывается, этот человек помог преодолеть трудный момент не только Федору Стравинскому. Он активно помогал русским и не только русским, нуждавшимся в моральной и материальной поддержке. И на мать Франсуазы он произвел такое же сильное впечатление, как и на Федора Стравинского. Она всю жизнь поддерживала с ним теплые отношения. Франсуаза также хорошо помнила Шарля Журне, и все прилагательные, которые она употребляла, описывая его, ставились в превосходную степень: умнейший, образованнейший, добрейший, интереснейший и прочее, и прочее. Уловив мой скептический взгляд, она как последний аргумент привела такой факт. В 1968 году она вышла замуж за чилийца и уезжала с ним на его родину. 

    Витражи церкви Святой Терезы в Женеве. 1964 г. (Фонд Федора Стравинского)
Витражи церкви Святой Терезы в Женеве. 1964 г. (Фонд Федора Стравинского)

Ее муж, как и она, только что закончил учебу. Денег у них не было. Ее родители в то время работали в Африке. Впереди в Чили их ждала полная неизвестность. И вот проводить их пришел Шарль Журне. Прощаясь, он засунул Франсуазе в сумочку конверт со словами: «Это вам на дорогу». Каково же было ее удивление, когда на пароходе, открыв конверт, она обнаружила там 500 франков. По тем временам сумму очень и очень значительную. Когда они приехали в Сантьяго, то не смогли разменять купюру. В итоге один знакомый купил ее у них, вручив в обмен нужную сумму в местной валюте. Эти деньги, по словам моей подруги, помогли им продержаться до тех пор, пока они не нашли работу. Чтобы отмести вопросы, сразу отмечу, что Франсуаза, как и ее мать, были людьми абсолютно нерелигиозными. Я даже не уверена, к какой религии они принадлежали, если принадлежали.

    Я привела здесь этот рассказ о Шарле Журне не случайно. Мне кажется, он позволяет понять, почему Федор Стравинский перешел в католичество. Художник говорил о том, что именно в католической религии он нашел ответы на вопросы, которые не давали ему покоя. Я думаю, он нашел их не столько в католической вере, сколько у незаурядного представителя этой религии.

    В Женеве по эскизам Федора Стравинского создаются витражи в капелле кладбища Королей на Пленпале (Chapell du cimitiere de Rois Plainpalais); витражи в базилике Нотр-Дам (Basilique Notre Dame) около вокзала Корнаван; его кисти принадлежит фреска в клинике Босолей (Beausoleille) в районе Шампеля.

    Я не видела его витражи во Фрибурге, говорят, они необыкновенно хороши, но на меня очень сильное впечатление произвели витражи Федора Стравинского в церкви Святой Терезы (Saint-Therese) в районе Шампеля в Женеве. 

     Федор Стравинский также выполняет крупные заказы для соборов в Италии, много работает для католических храмов Голландии и Франции. В 1977 году за служение искусством католической церкви Стравинский награждается орденом св. Григория Великого, который ему вручает лично папа Павел VI.

    В 1951 году Федор едет в Венецию, чтобы встретиться с отцом, которого не видел уже много лет, с момента отъезда Игоря Стравинского в Америку.

    Витражи церкви Святой Терезы в Женеве. 1964 г. (Фонд Федора Стравинского)
Витражи церкви Святой Терезы в Женеве. 1964 г. (Фонд Федора Стравинского)

 

В 1953 году Федор и Дениз переезжают в собственный дом, который они назвали:«Le Pre de l’Or». Дом находился в Женеве, в районе Шен-Бужри, но не сохранился. На этом месте сейчас красуется многоквартирный дом. В 1956 году происходит долгожданное событие: Федор Стравинский становится гражданином Швейцарии. Для него это большая радость. В письме отцу, которое он пишет 4 марта 1956 года, незадолго до этого события, есть такие слова: «Я тебя уверяю, что когда, наконец, у меня в руках будут оба наши швейцарских паспорта, я буду чрезвычайно рад»[13]. Еще бы! Столько лет жить на птичьих правах, испытывая унижения от необходимости опять и опять просить хоть какой-то вид на жительство сначала во Франции, а потом столько лет в Швейцарии!

Известность Федора Стравинского как художника перешагивает границы Швейцарии. Помимо монументальных работ он продолжает писать портреты, натюрморты и пейзажи. Оформляет еще несколько спектаклей на музыку отца: «Жар-птица» (1959) и опера-буфф «Мавра» (1960). 

         Сидящая женщина. 1944-1954 гг. (Фонд Федора Стравинского)
Сидящая женщина. 1944-1954 гг. (Фонд Федора Стравинского)  

    О своей живописи он говорил так: «Я не рисую, как я вижу, я рисую, как я смотрю» (Je ne peins pas comme je vois, je peins comme je regarde»).[14]

    Критики пытались отнести его то к кубизму, то к классицизму. Сам же Федор Стравинский заявлял, что черпает в живописи самых разных течений, берет у предшественников то, что отвечает его художественной манере, его внутреннему миру. Искусство, по его убеждению, не существует в безвоздушном пространстве. Творчество каждого художника должно иметь корни, и это обеспечивает преемственность, так же необходимую в искусстве, как и в жизни в целом.

    Федор Стравинский обладал не только талантом художника, но и литератора. Еще в 1948 году в Лозанне выходит его книга «Послание Игоря Стравинского» [15]. В этой книге он рассказывает о своем отце, о его музыке, дает свою трактовку его творчества. В 1973 году в Лондоне издается  еще одна его книга «Екатерина и Игорь Стравинские. Семейный альбом»[16]. Она опубликована в Лондоне на трех языках: французском, на котором написал ее Федор, на английском и немецком. В 1976 году он получил орден Искусства и Словесности Французской академии.

    Теодор всегда мечтал написать по-настоящему подробную книгу о семье. Но остановился, дойдя лишь до 1920 года, момента, когда семья переехала во Францию. Позднее его жена Дениз Стравинская продолжила его воспоминания и издала книгу «В семейном кругу. Екатерина и Игорь Стравинские»[17], состоящую из двух частей: хроники Федора и своих воспоминаний о семье Стравинских, доведя их до 1940. Я неоднократно приводила цитаты из этой книги. После 1940 года семейный круг Стравинских распался: часть семья осталась в Европе, другая переехала за океан. Этим фактом объясняется и то, что фамилия Стравинских стала писаться по-разному. Изначально, в Швейцарии и во Франции, ее писали так: Strawinsky. Но позднее в Соединенных Штатах Игорь Стравинский заменил букву «w» на «v». С этой буквой фамилия произносилась по-английски ближе к русскому звучанию. Так Игорь Стравинский стал Stravinsky, а Федор и Дениз остались Strawinsky.

    На вилле «Le Pre de l’Or» бывали многие старые друзья отца, с которыми он был также дружен. Так, например, Федор довольно регулярно встречался с Кокто. Частым гостем был также знаменитый танцовщик и балетмейстер Серж Лифарь. Он даже оставался «сторожить» виллу в отсутствии хозяев.

    Появились у Федора и новые знакомые, поклонники его таланта. Среди них - королева Мари-Жозе Бельгийская, жена низложенного итальянского короля Умберто II,[18] которая высоко ценила творчество Федора Стравинского. Они тесно общались долгие годы: семья Стравинских часто навещала королеву Мари-Жозе в ее резиденции в замке де Мерленж (château de Merlinge), находившемся в пригороде Женевы. Федор Стравинский даже сопровождал ее во время официального визита в Голландию. Он написал два портрета «Майской королевы».

    Федор и Дениз Стравинские путешествовали не так много, но в 1974 году он вместе с женой посетил СССР. Свою родину Федор не видел чуть больше пятидесяти лет.

    Федор Стравинский создаст свою последнюю работу в 1987 году. Произойдет самое трагичное для художника, он потеряет зрение. Последние прижизненные выставки состоялись в Женеве (1987), Монтре (1987), Невшателе (1988). 

На пляже. 1979 г. (Фонд Федора Стравинского)На пляже. 1979 г. (Фонд Федора Стравинского)

 

    Умер Федор Стравинский 16 мая 1989 года. Похоронили его в Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем, поскольку там уже покоились его бабушка по линии отца, мать и сестра. Там же похоронили и его жену Дениз, скончавшуюся в 2004 году.

     После себя он оставил большое наследие: более тысячи живописных полотен и около двух тысяч рисунков. При его жизни прошло около 60 персональных выставок и еще 10 были организованы после его смерти. Его произведения постоянно выставлялись в Женеве, Париже, Невшателе, Монтре, Фрибурге, а также в Нью-Йорке, Лондоне, Риме и Милане. В Женеве последняя крупная выставка состоялась в 1993 году в музее Атене.

    Большую роль в сохранении творческого наследия художника играет Фонд Федора Стравинского. Этот фонд  был основан в Женеве в 1991 году в соответствии в волей вдовы художника Дениз Стравинской. Свою задачу фонд видит, прежде всего, в том, чтобы как можно больше людей узнало о творчестве Федора Стравинского. C 1992 Фонд ежегодно присуждает Приз Федора Стравинского (10 000 швейцарских франков) лучшему выпускнику женевской Высшей школы искусства и дизайна.

    Женева – уникальный город во многих отношениях. Вот еще одно доказательство этому. В городе действуют целых два Фонда Стравинских. Один – имени сына, тот, о котором речь шла выше, а другой – имени отца. Фонд Игоря Стравинского был создан в 2009 году внучкой Федора Марией Елачич-Стравинской. Она – дочь той самой Китти, которую когда-то удочерили Федор и Дениз. Игорь Стравинский – ее прадедушка. Мария Елачич-Стравинская – одна из последних представителей рода Стравинских в Европе. В Соединенных Штатах в 2014 году в возрасте ста лет умерла младшая дочь Игоря Стравинского Милена. Правда, есть еще Джон Стравинский, сын Святослава-Сулемы, который тоже живет в Соединенных Штатах.

    Как это ни странно, но закончу я на минорной ноте. Оказывается и в Швейцарии не всегда с уважением относятся с почтением к художественному наследию. Одним из очень интересных произведений Федора была большая мозаика, которую он создал для помещения банка UBS на rue de Marche. И вот недавно я узнала, что при перестройке офиса банка кто-то решил, что эта мозаика не позволяет расширить помещение так, как это решено было сделать. И вот ее не просто убрали, а распилили на несколько частей и… Нет, слава богу, не выбросили. Фонда Федора Стравинского забрал ее себе. Но у фонда не только нет денег на то, чтобы ее восстановить, но главное, нет помещения, где ее можно было бы выставить. Когда я увидела фотографию этой мозаики, я подумала: «Да, что-то неладно со швейцарской смекалкой! Такая оригинальная вещь! Можно было специально под нее сделать все помещение, и тогда в UBS шли бы люди просто на нее посмотреть. И проникались бы еще большим уважением к организации, владеющей столь достойным произведением искусств».    

Банк. Капитал. Мозаика. 1957 г. (Фонд Федора Стравинского)Банк. Капитал. Мозаика. 1957 г. (Фонд Федора Стравинского)

 

 


[1] Théodore et Denise Strawinsky."Au cœur du foyer". Catherine et Igor Strawinsky.1906-1940», Bourg-la-Reine: ZurfluH. 1998, p. 70.

[2] Во взрослом возрасте он добавит к своему имени второе –  Сулима. Дело в том, что корни рода Стравинских уходят в Польшу, и изначально их фамилия звучала так: Сулима-Стравинские, по названию двух притоков Вислы – Стравы и Сулимы.

[3] Théodore et Denise Strawinsky."Au cœur du foyer». Op.cit., p.83.

[4] Rene Auberjonois – знаменитый швейцарский художник.

[5] Alexandre Cingria –очень известный швейцарский художник.

[6] Charles Ferdinand Ramuz – швейцарские писатель и поэт.

[7] Théodore et Denise Strawinsky."Au cœur du foyer". Op. cit., p.77

[8] Статья Федора Стравинского в итальянском журнале «Lo Strona » No. 2, апрель-июнь 1980

[9] Théodore et Denise Strawinsky."Au cœur du foyer. Оp. cit., p.166

[10] Théodore et Denise Strawinsky."Au cœur du foyer". Оp. cit., pp.86-86

[11] Permit - это в переводе с французского буквально означает «разрешение», а слово «tolerance» - «терпение».

[12] Шарль-Альбер Сингриа – брат очень известного швейцарского художника Александра Сингриа

[13] «Je t’assure que quand tout deux nous aurons enfin un passeport Suisse en mains j’en serai bien ému!» -Письмо Федора Стравинского отцу от 4 марта 1956 года, в котором он говорит о своем паспорте и паспорте дочери Китти.

[14] Roger d'Ivernois. "Le portrait de la semaine: un peintre qui dit "non" à la peinture abstraite". Journal de Genève, 13-14 octobre 1984.

[15] Le message d’Igor Strawinsky. Librairie Rouge, Lausanne, 1948.

[16] Catherine and Igor Stravinsky: A Family Album. Boosey & Hawkes, London, 1973

[17] Theodore et Denise Strawinsky. « Au cœur du foyer. Catherine et Igor Strawinsky.1906-1940”. Bourg-la-Reine:ZurfluH. 1998.

[18] Мари-Жозе, была последней королевой Италии. Вместе со своим супругом, королем Умберто II, она правила всего 35 дней (с 9 мая по 2 июня). Поскольку основные дни правления пришлись на май, она вошла в историю как «Майская королева». После низложения Умберто, супруги жили раздельно. Умберто жил постоянно в Португалии, а Мари-Жозе в основном в Швейцарии.